Любить нельзя помиловать [= Муж за алиби ] - Наталья Андреева

– Я не ожидала, что вы придете сюда, – выдавила из себя она. – То есть, без предварительного звонка. То есть… – (О Господи! Словно провинившаяся школьница! Только бы он не заметил!)

– А где бы вы хотели побеседовать? В кабинете у следователя?

– Видите ли, у меня много работы.

– Понимаю: новая должность, – усмехнулся несостоявшийся дипломат. – Большая должность. Извините, что побеспокоил. К следователю вас еще вызовут. Я предварительно хотел бы кое-что у вас выяснить о смерти хозяина этой фирмы. Подготовить и вас, и следователя к этой беседе, – сказал он с намеком. – Вы ведь в курсе последних событий, Вера Александровна?

– Конечно. Одну минутку, – она подняла телефонную трубку и соединилась с приемной: – Соня, минут десять меня ни для кого нет.

Потом попыталась улыбнуться голубоглазому красавчику:

– Больше времени не могу вам уделить, простите.

– Меня устроит. У меня к вам несколько вопросов. Касающихся Владимира Иосифовича.

– Простите, а чем вызван этот интерес? Насколько я в курсе, он умер в результате несчастного случая.

– Не совсем так.

– То есть?

– Он был убит. И дело это весьма странное. Я не могу посвящать вас в подробности, это тайна следствия, но поверьте, что я и мои коллеги в легком недоумении. – (Ох ты, как он принял мой тон! Нота в ноту! Сама вежливость и корректность!)

– И чем я могу помочь?

– Свидетельница, которая в одиннадцать часов вечера закрывала магазин, видела у гаража Владимира Иосифовича бежевую иномарку, предположительно «Шевроле». А в ней светловолосого парня приятной наружности, как она сказала. Хотя я ума не приложу, как она могла все это разглядеть в темноте и с такого расстояния! – Вера слегка похолодела. – Ну да Бог с ней. Видела так видела. Иногда такого ценного свидетеля днем с огнем не сыщешь, а тут просто повезло. У нас также есть показания Маргариты Станиславовны, которая сообщила, что в тот день, когда ее мужа убили, у него была назначена встреча…

– Да-да! – словно бы спохватилась Вера. – Встреча со мной! Конечно!

– Вы этого не отрицаете?

– Ни в коем случае! Мы вместе ужинали. – Кажется, он насторожился:

– И где же вы с ним ужинали?

– Во французском ресторане на Маяковской. Рядом находится «Патио-пицца». Слева театр Сатиры. Для ориентира. Ведь вы же захотите проверить.

– Захотим. Дело в том, что вскрытие показало: то, что убило Владимира Иосифовича, тот принял именно за ужином. Больше он никуда не заезжал, и по времени совпадает. Выходит, что после встречи с вами…

– Дело в том, что я в тот вечер была только посредником, – перебила его Вера.

– То есть?

– Я хлопотала за одного молодого человека. А потом появился он сам. И я оставила их наедине. А сама ушла.

– Кто этот молодой человек?

– Намин Никита Борисович. Одно время он работал у меня в магазине менеджером торгового зала.

Вера перевела дух. Ну, вот они и добрались до истины! Потому что голубоглазый оперуполномоченный со сложной для произношения фамилией тут же спросил:

– Как выглядит этот Намин?

– Высокий светловолосый молодой человек, чем-то похож на вас, – кокетливо улыбнулась Вера и попыталась сделать ему комплимент: – Очень симпатичный.

Словно и не заметил! Вера же решила не идти напролом. И сделала вид, что Никита никак не ассоциируется у нее с тем самым парнем в бежевой иномарке, которого видели у гаража потерпевшего.

– И какие у него были отношения с Владимиром Иосифовичем? – настороженно спросил ее собеседник.

«Ну, давай же! Давай! – мысленно подбодрила его Вера. – Смелей на мяч! Вы уже сегодня должны тряхануть моего будущего мужа как следует! Чтобы ему мало не показалось!»

– О, это сложные отношения! – притворно вздохнула она. И так же притворно замялась.

– Уточните.

– Дело в том, что Никита был должен Владимиру Иосифовичу крупную сумму денег. Я сама была посредником между ними. Когда Никита работал в «Товарах для офиса», то произвел на меня весьма благоприятное впечатление. И я решила ему помочь. То есть, он сам попросил у меня помощи, когда решил начать свое дело. И занял у Владимира Иосифовича под это деньги. Но Никита оказался, как бы это сказать… Легкомысленным. Перепродал партию компьютеров, которую я ему организовала по льготной цене, в другое место, а денег за нее до сих пор не получил.

– А деньги с него требовали? Правильно я понял?

– Абсолютно правильно.

– Значит, Намин был крайне заинтересован в смерти своего кредитора?

– Вы думаете, что он… – Вера притворно охнула и прикрыла ладонью рот. Мол, не может этого быть!

И в этот момент у нее на столе зазвонил телефон.

– Минутку, – улыбнулась она оперуполномоченному и взяла трубку. – Да, Соня?

– Вера Александровна, вы просили не беспокоить десять минут. Но они прошли. Вас спрашивают. Фирма «Брокус». Наши постоянные клиенты.

– Не могу сейчас. Важный разговор. Скажи: занята, пусть перезвонят через… Десять минут. Или переключи пока на менеджера, который с ними работает.

– Хорошо, Вера Александровна.

Она обрадовалась этой краткой паузе. Теперь ему придется все начинать сначала. Как это у них называется? Устанавливать с ней эмоциональный контакт.

– Я вас слушаю, Максим…

– Олегович. Вы, как я погляжу, женщина занятая, Вера Александровна. Особенно теперь. Ведь после смерти Владимира Иосифовича карьера ваша резко пошла в гору. Правильно я понял?

– Что вы хотите этим сказать? – насторожилась Вера.

– А он вас часом не тормозил? То есть, не препятствовал вашему карьерному росту? Какие лично у вас были отношения с Владимиром Иосифовичем?

– Нормальные рабочие отношения. Это к делу не относится… Мы, кажется, говорили о Никите. Так вот. Эту встречу во французском ресторане организовала я. Сначала решила побеседовать с хозяином сама.

– Почему же вы так хлопотали за Намина?

– Он мне симпатичен.

– Понимаю.

– И правильно понимаете.

– Вы любовники?

– Нет. Мы не любовники. – Вера слегка зарумянилась. – И вообще, это мое личное дело.

– Извините.

– Да, я искренне хотела ему помочь. Но Владимир Иосифович был категорически против. И сразу же дал мне это понять. Еще накануне у них с Никитой состоялся крупный разговор. По телефону. Можете спросить Маргариту Станиславовну.

– А она в курсе?

– Может быть, и в курсе. Я в курсе. Вам этого мало?

– Нет. Вполне достаточно.